В российском обществе наблюдается волна истеричной реакции на действия государства и чиновников. Значительная доля вины за это лежит на самих чиновниках, которые часто принимают странные законы и вводят непонятные ограничения. Однако это не снимает с граждан ответственности за обоснованное осуждение. Примером служат многочисленные статьи о поправках в закон, из которых складывалось впечатление, что россияне не смогут покупать авиабилеты и бронировать гостиницы в интернете. На самом же деле, документ ясно указывает, что это не касается договорных отношений граждан с организациями, и, следовательно, ничего не меняется. Тем не менее, крики о притеснении свободы достигли предела.
Таким образом, мы сталкиваемся с параллелью: сегодня Россия ведет торговую войну с Европой, что является результатом трех месяцев санкций. Последние вызывают неоднозначные реакции в обществе — интеллигенция и большая часть населения по-разному воспринимают эти меры. Для большинства санкции не сказались на их жизни, и они даже с иронией относятся к закрытию выезда чиновников. Однако долгосрочные перспективы могут оказаться серьезными. Проблема далеко не только в деньгах или инвестициях, которые решаемы при должном подходе. Ситуация касается средств производства, от которых нас пытаются отрезать США и Евросоюз. Страны, не продавая и не предоставляя эти средства, планомерно ухудшают наше экономическое положение.
Или, как это было в период после революции, когда тракторы покупали за золото: к этому нас могут вернуть. Евросоюз надеялся, что Россия останется основным потребителем его товаров. В результате, угроза закрытия нашего рынка для ряда товаров стала реальностью. Мы ответили на санкции, фактически втянувшись в экономическую войну. Комментарии обычных граждан на эту тему заставляют задуматься, когда и как общество утратило связь с реальностью и забыло, что мир гораздо шире, чем США, Япония, Европа и Россия.
Россия закрывает рынок для товаров из стран, применивших экономические санкции. Возможно, кто-то считает, что наш глобус включает только упомянутые страны, но в реальности на нем множество других — Аргентина, Бразилия, Китай, Вьетнам, Турция и так далее. Спорить о том, чей глобус полнее, бессмысленно. Я не признаю равенства между запретом импорта продуктов питания из ряда стран и полным закрытием рынка для импортных товаров. Слова Медведева о замещении импортных товаров российскими не гарантируют их появления.
Россия перераспределяет свои средства в пользу других товаров и рынков. Вот аналогия: приходите в магазин, где вас встречает хамоватый продавец, который сообщает, что это не магазин для вас. Даже если у вас есть деньги, возвращаться в такой магазин не хочется. Проще выбрать аналогичный товар у другого производителя. Рынок предоставляет всегда альтернативу.
Истерика в обществе обусловлена страхом, что полки магазинов опустеют, а европейские товары заменятся российскими низкого качества и по высоким ценам. Логики в подобных утверждениях нет, особенно учитывая, что чиновники занимаются поиском производителей из других стран, готовых работать с Россией. Мы начинаем направлять свои деньги в те страны, которые не участвуют в санкциях. Безусловно, некоторые товары могут исчезнуть, но вряд ли можно говорить о массовом опустошении полок магазинов. Например, стоит посетить магазины в Белоруссии, где пустот не наблюдается.
Краткосрочные перебои возможны, поскольку никто не готовился к торговой войне. Однако с течением времени Россия живет в открытом мире с альтернативами. Доставка продуктов из Европы не дороже, чем из других стран. Конечно, некоторые товары могут исчезнуть или стать менее доступными, но это не означает массовую проблему. Мясо, молоко и другие товары останутся в продаже. Да, цены могут немного вырасти, но это естественно для торговой войны.
Для большинства граждан изменения в рационе питания не произойдут. Однако жители крупных городов, таких как Москва и Петербург, ощутят последствия в первую очередь, поскольку торговая война затронет дорогие продукты. Вопрос не в том, что все пропало, а в том, что у нас есть альтернатива. Пять лет назад я пил голландское молоко, а теперь наслаждаюсь нашим — и оно лучше по качеству. Это может не отразиться на уровне жизни в стране в целом.
Я не приемлю истерики тех, кто пытается высмеивать исчезновение определённых товаров. Наша страна находится в торговой войне с Европой, и я не вижу причин поддерживать открытую экономическую политику для них. У нас есть все возможности находить альтернативы. Продуктового кризиса не будет, пока у нас есть средства на их приобретение.
Это возможность для отечественного производства укрепиться на рынке. Примером служит воронежское предприятие «Заречное», которое демонстрирует потенциал. Не стоит впадать в истерику: внешние рынки открыты для России и готовы поставлять товары хорошего качества. На переориентацию уйдет время, и это нормально. Так что не стоит паниковать, утверждая, что все пропало; импортные товары никуда не исчезнут, а конкуренция сохранится. Со временем перепроизводство в Европе может даже снизить мировые цены на некоторые продукты.
Зачем повторять ошибки прошлого, когда нас заваливали непродуктивными товарами? Важно помнить, что прежде чем высказываться эмоционально, стоит взвесить все аргументы и лишь затем делать выводы.
