Лев Пономарев: Иван Любшин – террорист или жертва?

Статья 205.2, часть 2 Уголовного кодекса РФ предусматривает осуждение за «Публичное оправдание терроризма и пропаганду терроризма, совершённые с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет» (до 7 лет лишения свободы). Однако она все чаще становится инструментом для репрессий. В данной публикации речь пойдет о жертве ФСБ – Иване Любшине, который 5 марта был осужден на 5 лет и 2 месяца колонии. Рассмотрение апелляционной жалобы намечено на 13 мая.

31 октября 2018 года 17-летний архангельский анархист Михаил Жлобицкий совершил самоподрыв в проходной УФСБ. Он погиб, трое сотрудников ФСБ были ранены. В предсмертном обращении в сети Жлобицкий объяснил свои мотивы протестом против действий ФСБ, утверждая, что они «фабрикуют дела и пытают людей». В это время в России разворачивалось уголовное преследование антифашистов и анархистов в рамках дела «Сети*, и в СМИ начали появляться публикации о пытках обвиняемых с использованием электрического тока. Поступок Жлобицкого вызвал широкий резонанс, а обсуждения в социальных сетях стали плодородной почвой для возбуждения уголовных дел по статье 205.2 УК РФ.

По состоянию на сегодня известно более десятка уголовных дел, возбужденных в связи с обсуждением взрыва в УФСБ Архангельска. Не все эти случаи стали широко известны. Некоторые обвиняемые получили штрафы или были осуждены на год колонии. Наиболее резонирующим стало дело псковской журналистки Светланы Прокопьевой, обвиненной за высказывание мысли о том, что государство само подталкивает молодых людей к радикализации. Благодаря широкой огласке и поддержке журналистского сообщества, её дело временно приостановили.

В отличие от Прокопьевой, 38-летний житель Калуги Иван Любшин не имел такой мощной поддержки. Дело против него завели в октябре 2019 года, через год после взрыва в УФСБ Архангельска. Его обвиняли за два комментария, в которых он называл Жлобицкого героем. Один из его ответов на чужой комментарий звучал: «Терроризм как таковой не оправдываю, конечно, но…».

Иван Любшин был задержан 15 октября 2019 года возле своего дома. По словам его отца, Виктора Любшина, оперативники ФСБ запихнули Ивана в микроавтобус, вывезли в лесополосу, избили с применением электрошокера, а затем доставили в следственный комитет. 16 октября судмедэксперт зафиксировал на его теле многочисленные гематомы и ушибы. Несмотря на это, следственный комитет отказался возбуждать дело об избиении. В ожидании суда Любшин сначала находился под домашним арестом, потом был переведен под подписку о невыезде.

К началу марта 2020 года следствие было завершено и передано в суд. 4 марта Иван Любшин в письме сообщил: «Вторым Западным округом военным судом было назначено первое заседание по моему делу. Заседание должно было пройти в Москве, но было перенесено в Калугу, что является крайне негативным знаком». Перенос заседания указывает на намерение суда быстро завершить дело. Сложная ситуация для адвоката – он был не в состоянии приехать в Калугу, и на заседании присутствовал новый защитник, который лишь в тот день заключил с Иваном соглашение о защите.

Адвокат подала ходатайство о переносе заседания для ознакомления с делом и представила справку о состоянии здоровья Ивана, однако судья отказал, указав на отсутствие медицинского заключения от врача. В итоге суд принял решение о переносе заседания на 5 марта 2020 года. Это означало, что защиту фактически лишили времени для подготовки.

На суде 5 марта Ивану Любшину была предъявлена экспертиза, которую провели специалисты с недостаточным опытом в области судебной экспертизы. Заключение гласило, что в его публикациях присутствуют «признаки оправдания поступка Жлобицкого». Суд признал, что Любшин разместил информацию о взрыве «с целью создания условий и обстановки для подрыва общественного порядка». Однако доказать прямое одобрение поступка Жлобицкого не удалось, и эксперты ввели термин «имплицитно выраженное одобрение». В судебном заседании Любшин заявил, что не имел умысла оправдывать терроризм.

Сторона защиты заказала рецензию на экспертизу, которая сыграла ключевую роль в обвинении, у экспертов с достаточным опытом. Они отметили, что авторы заключения, не имея значительного опыта, допустили множество ошибок и неверных предпосылок.

Дополнительно, суд не учел хроническое заболевание Ивана – бронхиальную астму, которое препятствует отбыванию наказания под стражей. На чем же основывалось осуждение пользователя сети «ВКонтакте» на 5 лет колонии? Его слова не содержали призывов к насилию или террористическим актам. Это лишь несколько неосторожных комментариев, которые он удалил до возбуждения дела.

Какова же реальная общественная опасность этих комментариев и самого Ивана Любшина? Учитывая небольшую аудиторию, которую охватывают его публикации, невозможно говорить о серьезной угрозе. Можно сделать вывод, что статья 205.2 УК РФ используется как инструмент репрессий. Она оказалась удобной для борьбы с оппозицией и позволяет силовикам оправдывать нарушения прав человека.

Как справедливо отметил эксперт, общение в интернете имеет свои особенности, и нередко оно напоминает частные разговоры. В гражданском обществе стоит стремиться к радикальному изменению формулировок статьи 205.2 УК РФ, поскольку текущая практика правоприменения вызывает серьезные опасения.

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Ритм Москвы