Решение Путина о выводе войск из Сирии можно охарактеризовать как:
- внезапное (даже Шойгу и Лавров были не вполне готовы),
- эмоциональное (острая обида),
- демонстративное.
Кому демонстрируется эта обида?
- ИГИЛу? (организация запрещена в РФ) – для него это приятная неожиданность;
- сирийской оппозиции? – для нее это приятная неожиданность;
- Асаду? – для него это неприятная неожиданность;
- США? – для них это непонятная неожиданность.
Из всех заметных игроков сирийского пасьянса, кажется, лишь один хранит показательное молчание – Иран. Он понимает, почему было принято это решение. Острая обида адресована именно Ирану. За что?
- За прекращение участия иранцев в сухопутной операции в Сирии;
- за возражения Ирана против сотрудничества России с США;
- за проблемы с оплатой С-300;
- за отказ Ирана от кооперации по объемам добычи нефти.
«Ты позвал меня в свою песочницу. Я тебе поверила. Принесла свои игрушки и стала с тобой играть. Но ты меня бросил. И в этой песочнице и в других. Теперь я забираю свои игрушки. Посмотрим, как ты будешь играть без меня».
